Донецкая мафия

Болотских Вадим

Болотских Вадим. Кличка Москвич, профессиональный киллер. Признался, что совершил ряд заказных убийств в Донбассе. Однако заказчика так и не назвал, утверждая, что совершал убийства из желания освободить украинский народ от олигархов.

Не так давно Генпрокуратура Украины заявила о том, что нашумевшие убийства Вадима Гетьмана, Евгения Щербаня и бывшего президента ФК "Шахтер" Ахатя Братина раскрыты, непосредственные исполнители преступлений найдены, а заказчиком выступал "калифорнийский узник" Павел Лазаренко. Об успехах расследования был даже снят документальный фильм, в котором обвинения в адрес экс-премьера звучали едва ли не каждые двадцать минут. Казалось бы, преступления раскрыты, преступники найдены... Однако ситуация изменилась за последний год непостижимым образом — оказалось, что доказательств вины Лазаренко у следствия нет и необходимо искать другого заказчика преступлений. К тому же большей части исполнителей данных преступлений уже нет в живых и спросить о заказчике не у кого... В интервью журналу "4ac.ua" адвокат одного из исполнителей вышеуказанных преступлений Дмитрий Поезд сказал, что, по его мнению, дело было фальсифицировано прокуратурой от начала до конца, а против экс-генпрокурора Михаила Потебенько следует завести уголовное дело. Адвокат считает, что дело Гетьмана, Щербаня и Алика Грека в скором времени даст о себе знать снова, поскольку содержит массу компромата на многих субъектов украинского политикума.

— Дмитрий Васильевич, недавно бывшему генпрокурору Михаилу Потебенько в судебном порядке было приказано извиниться перед Павлом Лазаренко за то, что обвинил его в заказе убийств Вадима Гетьмана, Евгения Щербаня и Ахатя Брагина (Алика Грека). Вы являетесь человеком, знакомым с этими делами не понаслышке, поскольку вашим подзащитным являлся один из обви няемых в этих убийствах гражданин России Вадим Болотских. Как, по вашему мнению, так получилось, что дело по обвинению Лазаренко сыплется на глазах?

— Дело Болотских и других обвиняемых рассматривалось в Луганском суде. И туда приехал адвокат Лазаренко по фамилии Никазаков, который от имени Лазаренко пытался сделать заявление. Однако суд ему как не участнику процесса заявление сделать не позволил. Мы потом с ним пообщались один на один. Пришли оба к выводу, что по делу об убийствах Щербаня, Гетьмана и Алика Грека в отношении Лазаренко не доказано ни чего. Я очень много читал материалов по этому делу и имею право на свою позицию. Думаю, что та власть очень хотела все громкие заказные убийства спихнуть на Лазаренко. Но у них ничего не вышло. Потому как в первую очередь нужно доказать, кто дал команду, кто организовывал, и не просто организовал, а дал деньги на приобретение оружия, техники, на проживание, передвижение, питание и так далее... Ни следствию, ни суду так и не удалось что-либо доказать непосредственно по этим вопросам. То есть Лазаренко по вышеуказанным громким убийствам нигде в суде не проходил — ни по делам, ни по обвинительным заключениям. Однако мог быть какой момент: вслух не зачитали, а тихонько вписали все, что нужно — сами понимаете, какие у нас суды. Дело в том, что из Луганска вышел и нынешний глава Верховного суда Василий Маляренко, он сам там работал и впоследствии бросал в Луганский суд все громкие и важные дела — дело Александрова, Фельдмана можно также вспомнить в этом отношении. Маляренко знает там всех судей, он сам оттуда. Маляренко девять лет был секретарем пленума, через который проходили все делегаты, и именно с Маляренко обсуждались вопросы, кому дать какую квоту. Естественно, что Генпрокуратуре было выгодно показать Кучме, что Лазаренко не просто украл деньги, а еще и бандит, который нанимает киллеров и те стреляют в людей. Но, повторюсь, они не имели доказательств. Мой клиент Вадим Болотских никаких показаний на Лазаренко не дал. И, насколько я помню, он единственный, кто оказался от таких показаний, и единственный, кто остался в живых из одиннадцати человек. Один умер от сердечного приступа, все остальные умерли не своей смертью. Остается спросить: кто уничтожил всю преступную группу? Почему Генпрокуратура и СБУ из одиннадцати человек десять не "довели" до суда?

— Но почему именно Потебенько взял на себя тогда ответственность заявить о том, что Лазаренко — заказчик?

— Как вы понимаете, я интересовался только делом моего под защитного, читал показания многих высокопоставленных людей. Очень интересное показание дала Юлия Тимошенко. Точный текст я сейчас не вспомню, но общий смысл был таким: ничего не знаю, не слышала и не видела, и идите вы подальше.... Это мне понравилось. Потому как остальные, давая показания, стали втягивать себя в дискуссию со следователем. То есть раз уж сказал "а", говори и "б" — и чем дальше в дискуссию, тем больше вязнешь в этом деле. Если Лазаренко вернется до выборов, то, я думаю, он сделает все возможное, чтобы привлечь к криминальной ответственности тогдашнего генпрокурора Михаила Потебенько. Потому что Потебенько в душе коммунист и привык действовать так, как говорит вышестоящий орган.

— Можно ли предположить, что те показания, которые давались по делу об убийстве Гетьмана, Щербаня, Брагина, могут быть использованы в виде компромата во время предвыборной кампании, особенно если учесть, что доказательств против Лазаренко так и не нашли?

— Дело в том, что показания могли "выбиваться" не только против Лазаренко. Это политика. Тут ведь получается, что если Лазаренко невиновен, то кому было выгодно "заказывать" убийства? Вы понимаете, здесь получается интересная ситуация. Как я уже сказал, многих из тех, кого допрашивали по данным делам, уже нет в живых - они не дожили до суда. А могли и поставить подпись в показаниях уже после смерти подозреваемых. Если их допрашивали при жизни, а не подписывались за них, то тогда показания людей, обвиняемых в исполнении заказных убийств, будут являться доказательствами и сейчас. Однако можно всегда поставить показания под сомнение — провести экспертизу, которая выявит, что либо это вообще не подпись подозреваемого, либо он подписался в состоянии временного умственного расстройства, то есть его жестоко избивали... То есть, как видите, показания можно вертеть как угодно, а выгоду от них получит тот, кто этими документами обладает. То есть прокуратура.